17:42 

Рыцарь и её король. Главы 2, 3

Nagame Namari
What's an OTP? - 'One True Pairing' but I prefer ‘Only Tears and Pain’
Название: Рыцарь и её король
Автор: Рейна Храбрая (она же Reina_Brave)
Жанр: Ангст, Фэнтези, Романтика
Тип: гет
Размер: Миди
Рейтинг: R
Персонажи: члены "Хвоста Феи", жители Эдораса, Эльза Найтуокер/король Жерар, Люси Эшли/Нацу Драгион, Леви/?,
Саммари: А ведь всё так хорошо начиналось... Люси стала мастером "Хвоста Феи", Нацу изобрёл новый двигатель для своего моноката, у Леви появился загадочный поклонник, а Грей...разделся! И только Эльза ходит хмурая. И только Жерар тяжело вздыхает. А кто-то жаждет упокоить и короля, и верного ему рыцаря. Прогнило что-то в Королевстве Эдораса...
Предупреждения: OOC, АУ относительно канона
Дисклаймер: Машима Хиро
Статус: в процессе написания
Размещение: Где угодно, но пришлите, пожалуйста, ссылку. (ссылка предоставлена)
От автора: Бить можно, но только не по голове!
А как сдам экзамены, можно и по ней...

Пролог
Глава 1

Глава 2. Предложение короля

Вокруг дворца цвели розы. Сотни, тысячи кустов роз, всех сортов, которые только есть в мире, от полудиких горных роз, ковром стелющихся по стене замка, до изысканных, тонких цветов, радужного цвета, выведенных стараниями не одного десятка флористов за не один десяток лет. Неудивительно, ведь когда-то на гербе Эдораса была роза. Тогда, когда королевством правила старая династия…
Эльза Найтуокер быстрым, чеканным шагом, который бывает лишь у военных, шла сквозь сад к западному крылу дворца, где располагался кабинет короля. Цветущего вокруг неё безобразия она старалась не замечать. Запах, необыкновенно сладкий и дурманящий, застилал глаза тёплым маревом, мешая дышать и думать…
Когда же кончится этот проклятый сад?!
Неожиданно, девушка остановилась. Её внимание привлёк большой, но совершенно неухоженный, куст роз. А ещё брошенные возле него садовые принадлежности и тихое хихиканье, доносившееся из-за соседнего куста.
Похоже, садовник Волли вместо того, чтобы ухаживать за цветами, принялся ухаживать за Милианной, курносой помощницей повара.
Нахмурившись, Эльза подошла к кусту, нежно и осторожно коснулась одного из цветков рукой в стальной перчатке. Ужасное зрелище. А ведь это любимый сорт королевы Элеонор, синие северные розы…
Ну, пусть только попадётся ей этот горе-садовник!
…В коридорах западного крыла было прохладно и приятно. Но девушку через каждый шаг невольно бросало в жар. Последний раз король вызывал её к себе почти полгода назад. Тогда она была уверена, что новоявленный монарх недвусмысленно намекнёт ей, что не желает видеть командира второго отряда в рядах его армии. Найтуокер была уже готова гордо уйти, но… Она ошиблась. Вместо этого ей предложили стать первым маршалом Эдораса, лицом, в руках которого находится фактически вся военная мощь королевства. Почему ей даровали подобную власть, а главное – почему она её приняла, оставалось загадкой и для окружающих и для самой Эльзы.
В любом случае, зачем король вызывал ещё сейчас, она просто не представляла.
За полгода он даже ни разу не назвал её по имени. «Леди Найтуокер», «леди первый маршал», «леди»… А в ответ лишь «да, Ваше Высочество», «слушаюсь мой господин», «как пожелает мой король»…
Тошно, как же ей тошно от этого маскарада!
— Эльза, — неожиданно окликнули её из-за угла.
Девушка резко остановилась, обернулась. Всего в шаге от неё стоял высокий, крепко сложенный молодой мужчина с каштановыми волосами и тёмно-синими, почти чёрными, глазами, в строгой одежде придворного, со свитком под мышкой. Найтуокер нахмурилась, рукой, инстинктивно, ища меч при поясе, заменивший ей ставшее бесполезным копьё: она узнала первого помощника короля.
— Привет… Давно не виделись… — тихо прошептал Кэрролл, подойдя ближе.
Его рука потянулась к лицу девушки. Когда-то, именно таким движением он поправлял упавшие ей на лицо алые пряди волос…
— Вам что-то угодно, господин первый помощник?
— Я лишь хотел…поприветствовать тебя… — мужчина опустил горящую от боли руку, отбитую стальной перчаткой.
— Поприветствовали? А теперь, с вашего позволения, я пойду. Меня ждёт Его Величество.
Развернувшись, она уже хотела уйти, но тут крепкая рука опустилась на плечо, заставив остановиться.
— Эльза…за что ты так со мной?.. Когда-то…когда-то ты считала меня другом… Чем я провинился перед тобой? – тихо и грустно спросил мужчина. Он, как и раньше, жутко смущается рядом с ней…
— Передо мной? Провинились? О чём, вы, первый помощник? – дёрнувшись, Эльза скинула его руку, даже не обернувшись. – Вы ни в чём не виноваты, вы ничего не сделали. Ничего такого, что достойно осуждения. Потому что вы вообще ничего не сделали! Вы сбежали, как только запахло жареным! Сбежали в какую-то глубинку и там отсиживались до коронации нового короля! А потом вернулись! Вернулись, и сразу же выбили себе хорошее местечко, неподалёку от трона!
— Ты осуждаешь меня за то, что я не стал поддерживать безумную политику Фауста? Что отказался участвовать в том безумии, что он учинил?! Я достоин осуждения, не спорю, но ведь ты сама…
— Да, я осталась! Потому что, в отличие от тебя, меня с детства учили владеть мечом и подчиняться приказам! Ничего другого я не умею, другой жизни не знаю! Но ты… Симон, ты не воин. Ты политик. Талантливый, образованный, умный и хитрый. Ты – не я, у тебя был выбор. Ты мог что-то изменить… Я – нет. Я всего лишь ладья на шахматной доске, я могу лишь защищать наше королевство собственными руками, которые уже по локоть в крови… Я давно сделала свой выбор. А ты тогда сделал свой…
— Эльза…
— Ты решил уйти, я решила остаться! Наши пути навсегда разошлись. Поэтому прекрати делать вид, будто ничего не произошло!.. Да ты просто предал меня, Симон! Сбежал, как последняя трусливая собака!
— Эльза…
— Несмотря на доверие короля, лично для меня вы – враг! Ваше счастье, первый помощник, что при мне нет меча. И прошу называть меня первым маршалом или леди Найтуокер!
*****
Люси приоткрыла дверь и тихонько заглянула внутрь гаража. Причиной тому была отнюдь не деликатность, проявленная к его обитателю, а обычная осторожность: в обители Нацу Драгиона последнее время всё имело свойство взрываться и дымиться. Но сейчас все выглядело на редкость мирно: горы хлама, прикрытый мешковиной монокат, который больше не сдвинулся с места с того самого дня, как исчезла магия и сам хозяин гаража, мирно спящий кверху голым брюхом на капоте машины.
Эшли сделала над собой титаническое усилие и не закричала: «Подъём, соня! Труба зовёт, пора работать!». Вместо этого она лишь вздохнула, и, заскочив на машину, села рядом со спящим Фаерболом.
Раньше Люси была уверенная, что Нацу просто не может быть другим. Что Драгион будет всегда влюблён в свою «тачку», неимоверно крут за рулём и на редкость беспомощным без неё. Думала. Пока не встретила Нацу-с-Земли.
Встряхнув головой, мастер отогнала приступившую к лицу красноту. Конечно, он ей нравится и такой, слабый и неуверенный, но добрый и заботливый, домашний Нацу. Но от мысли, что где-то там, в ином мире, есть решительный, смелый, дерзкий розововолосый Убийца Драконов, точная копия её любимого Драгиона, становилось невыносимо больно и тоскливо. Нет, её Нацу никогда даже вполовину не дорастёт до того, кто спас Эдорас. Вот ведь, повезло же той богатенькой блондинке с ключиками! Повезло, что она, Люси Эшли, здесь, в Эдорасе. Потому что она никогда не упустила бы такого парня!
Люси засмеялась, громко и звонко, над собственными мыслями. Ха, она хочет отбить парня у самой себя! Вот умора…
Бывший гонщик шевельнулся во сне. Приоткрыл один глаз, узрел перед собой изящное бедро мастера, закрыл, видимо, решив, что это просто кошмар. Нет, милый, так просто ты не отделаешься…
— Эй, Нацу, хватит дрыхнуть! – меткий пинок, и вот уже почти проснувшийся Драгион сидит на полу и потирает слипшиеся веки рукой.
— Лю-у-у-си-сан, — протянул парень, испуганно глядя снизу вверх на скрестившую руки на груди и закинувшую ногу на ногу Эшли, гордо восседающую на капоте его драгоценного моноката.
— Проснулся? А теперь заводи свою «тачанку», у нас срочный заказ на пять «лимонов» золотых! Если доставишь меня быстро, так и быть, один «лимон» твой! – девушка ловко соскочила с машины и присела на корточки рядом с поникшим парнем.
— Люси-сан, я не могу… Простите меня… Она больше никогда не поедет… Аааа!!!
— Что ты сказал, слабак? Что ты сдаёшься? Что опускаешь руки!? Да ты сидишь в этом гараже безвылазно уже месяц, пропахнув маслом и другой химической дрянью!!! Месяц возишься с этой консервной банкой на колёсах!!! Слушай меня, я даю тебе ровно час на то, чтобы ты заставил её двигаться, и двигаться быстро! И меня не волнует, как ты это сделаешь!!! И за каждую лишнюю минуту, что ты провозишься…
— Аааа! Помогите…кто-нибудь… Люси-сан, извините…простите меня…
— …я буду отрабатывать на тебе по одному приёму. Учти, их теперь пятьдесят, я придумала парочку новых пока ты маялся дурью и ещё не успела опробовать их в деле.
Девушка довольно усмехнулась, глядя, как вконец подавленный парень нехотя улёгся под машину с каким-то странным инструментом, зажатым в зубах. Ничего, ему полезны оплеухи. Может, чуть-чуть поживее будет и научиться хоть немного давать отпор. Хотя, учитывая, сколько раз она его колотила, пытаясь вставить мозги в нужное место…
Нет, этот Нацу никогда не изменится.
Всё так же будет хлюпать носом, дрожать от страха и шарахаться от неё, Люси.
Вздохнув, Эшли придвинула поближе к машине ящик с инструментами и сама легла под машину.
Рядом с этим гонщиком, недоделанным…
*****
— Гаджил-сан! Гаджил-сан!
— Леви-чан?!
На шее бывшего вольного журналиста, а ныне главного редактора в крупной столичной газете, повисла маленькая голубоволосая девушка с большой сумкой через плечо.
— Гаджил-сан! Как же я соскучилась по вас! Какими судьбами вы оказались в нашей глуши?!
Маленькая и хрупкая, а объятия…словно железные тиски!
— Я тоже скучал по тебе, Леви-чан! – мужчина облегчённо перевёл дыхание, когда маленькая волшебница изволила его отпустить. – Вот, приехал в Лаун в командировку… А что ты здесь делаешь?
— Да так, ищу работу! – улыбаясь, Леви скрестила руки за спиной. На щеках девушки играл лёгкий румянец. – Всё-таки, здорово, что я вас встретила, Гаджил-сан! Расскажите мне, что нового в столице!
— Конечно! У тебя найдётся свободная минутка, Леви-чан?
— Чего-чего, а времени у меня навалом!
— Тогда, не соизволишь ли ты со мной пообедать? Я знаю отличное местечко…
— С удовольствием!
Гаджил галантно подал девушке локоть, и она немедленно этим воспользовалась, ловко обхватив, почти обняв, крепкую руку мужчины.
С Гаджилом она познакомилась несколько месяцев назад. Когда ездила вместе с Джетом и Дроем на гулянья в честь коронации нового правителя. Знакомство вышло очень трогательным и милым (по мнению голубоволосой девушки). А дело было так…
Смывшиеся при первой же возможности согильдийцы оставили Леви совсем одну в незнакомом городе. Не сказать, что она особо расстроилась по этому поводу, даже наоборот, но вот местная шпана решила, что маленькая, хрупкая девушка в весьма откровенном наряде, одиноко идущая тёмной улицей – лёгкая добыча. Волшебница «Хвоста Феи» уже хотела продемонстрировать им их неправоту в полной мере, иными словами, отметелить, как тут появился он.
В строгом костюме, со шляпой на кудрявой голове и лукавыми искорками в глазах, он деликатно, предельно вежливо попытался объяснить, почему нельзя обижать беспомощных девушек. Почему — не поняли ни хулиганы, ни сама «беспомощная девушка». Но слова мужчины, его поведение, манеры оказали на неё такое сильно впечатление…
Раскидав своих «обидчиков» за считанные секунды, краснеющая и жутко смущённая «жертва» предстала перед своим «спасителем», неуверенно представилась. Нисколько не смутившийся мужчина (не каждый день видишь, как малявка бьёт амбалов в два раза выше и шире её) снял шляпу, назвал себя и запечатлел на тоненькой ручке поцелуй, чем вогнал грозную волшебницу в густую краску.
После этого они гуляли по ночной столице, любовались фейерверками в честь праздника и знаменитыми цветными фонтанами. Правда, всё это Леви помнила плохо, как в весёлом тумане вина. Все её мысли занимал новый знакомый. Утончённый, начитанный, вежливый и обходительный. Таких мужчин маленькая волшебница ещё не встречала (да и откуда им было взяться в её гильдии забияк и дебоширов?). К тому же, он был тем, кем так мечтала и не смогла стать Леви. Мало кто знал, что первый техник, в самом дальнем уголке своей души, хранила одну, маленькую, детскую мечту: стать известной писательницей (особенно девушке нравился детективный жанр). Но мечта так и осталась лишь мечтой, казавшейся такой наивной и несбыточной, что Леви никому и никогда о ней не рассказывала. Да и кому, кому она могла о ней рассказать? Своим не в меру крутым партнёрам по команде, стерве-Люси, плаксе Нацу?
А Гаджил был другим. С ним ей легко. Она одного его называет с приставкой «сан», одного его может вот так просто обхватить за руку. Одному ему можно назвать её так по-детски «Леви-чан»…
— Кстати, Гаджил-сан, вы закончили вашу новую песню? – любопытно спросила маленькая волшебница.
— Да, Леви-чан, — улыбнулся журналист, поправляя свободной рукой шляпу. – Хочешь её услышать?
— Конечно, хочу!
…А маленькое сердце девушке переполняла радость! Как же хорошо, что у неё есть такой друг!
*****
— Вы хотели меня видеть, Ваше Величество?
Она медленно входит в его кабинет, опускает голову в поклоне. Он сидит за своим столом, склонившись над бумагами. Услышав её голос, невольно вздрагивает, отрываясь от чтения. Он хочет поймать её взгляд, хотя бы мимолётный, но не может.
Эльза не хочет смотреть в глаза своего короля. Она боится. Боится, что одного взгляда будет достаточно, чтобы он понял все те чувства, что бушуют в её душе. Её ненависть, её сомнения, её боль. Что бы ни случилось, она не выдаст себя. Она так и останется верной и преданной Найтуокер. К чему её господину знать, как даётся ей эта безоговорочная покорность, эта служба, эта ложь в каждом «да, мой король…». Ведь она сделала свой выбор, и теперь не отступит просто так. Она нужна – не ему! – своему королевству. Чувства здесь неуместны, как и эмоции.
Разум это понимал, но сердце принимать отказывалось. Поэтому при ней нет меча.
Ненависть к Жерару в ней была слишком велика.
— Да, хотел… — он встал из своего кресла, подошёл к окну, став к ней спиной. Солнце весело играло в его волосах. – Первый маршал…леди Найтуокер…Эльза…
Она вздрогнула. Её имя. В его устах оно звучит так небрежно, словно ругательство. Конечно, ведь имя и эти волосы – единственная общая черта у неё с той, с земной, Скарлет.
— Эльза, скажи…ты ведь хорошо знала мою мать?
Этот вопрос удивил и ввёл в бешенство одновременно.
— Королеву Элеонор? Да, — ответила девушка. Руки невольно задрожали, хорошо, что в перчатках это незаметно.
Он молчит. Только вглядывается куда-то вдаль, за окно. К чему этот вопрос? Зачем он вообще вызвал её?
— Ты…ты же была рядом? Рядом…с мамой…когда она умерла?
…Запах увядших роз. Это запах смерти…
— Да, я была рядом, — теперь она дрожала вся. Как же хорошо, как же хорошо, что у неё нет с собой меча…
— Расскажи мне…пожалуйста…о ней…
В горле стал неприятный ком, во рту пересохло. Это помогло справиться с собой.
— Простите меня, Ваше Величество, но я не могу выполнить Вашу просьбу.
Он обернулся. На красивом лице застыло удивление. Ещё бы, ведь она впервые возразила ему…
Хуже всего было то, что взгляды их глаз встретились. Проклятый легион, почему у него такие глаза?! Такие…такие…добрые…нежные… Как у королевы…
— Во дворце многие знали королеву куда лучше меня. Если Вам угодно, спросите о ней старого лекаря, дедушку Роба. Её Величество очень уважала этого человека и была с ним в тесной дружбе, — она отвела взгляд в сторону.
— А почему о ней не хочешь рассказать мне ты?
О, она узнает этот голос! Властный голос короля, которому никто не должен перечить.
— Прошу меня простить, мой господин, но я не настолько была близка к Её Величеству.
Он молчит. Только пристально смотрит на неё. Она ощущает это почти физически, каждой клеточкой кожи. Неужели, сравнивает…
— Но всё-таки, я хочу услышать о ней от тебя…
— А в ответ Вы расскажет мне о Скарлет?
Слова сорвались раньше, чем она успела осознать, к чему они могут привести, в полной мере.
Он нахмурился, отвернулся. Неужели вопрос пришёлся королю не по вкусу?
— Я слишком плохо знал Эльзу, чтобы сейчас говорить о ней.
Она молчит, а губы невольно складываются в кривую улыбку, усмешку. Неужели?
— Если это всё, позвольте мне удалится, Ваше Высочество, — снова поклон, шаг назад.
— Нет, не всё… Там, на столе в шкатулке, есть кое-что для тебя… Это нашли по моей просьбе в мамином кабинете… Её последней волей было передать это тебе… Возьми.
— С Вашего позволения…
Она подходит к столу, уже не в силах унять дрожь в руках. Крышка поддалась не сразу…
— Я…я не могу это принять, Ваше Высочество… — не своим голосом прошептала Эльза.
На дне шкатулки лежали белый конверт и красивое серебряное кольцо с большим изумрудом.
— Меня это не волнует. Это была просьба мамы. Письмо я не распечатывал, оно адресовано тебе, — холодно и сухо произнёс король.
— Я всё равно не могу… Это обручальное кольцо королевы Элеонор, — руки нежно сжимают конверт. – Оно передавалось в её семье из поколения в поколение. Оно принадлежит только Вам…
— Вот как… Ты знаешь о том, о чём я даже не подозревал… Думал, это лишь её прощальный подарок. Но раз так…
Он резко обернулся, сделал шаг к ней. Эльза даже вздрогнуть не успела, как её рука в стальной перчатке оказалась в объятиях музыкальных пальцев короля. Аккуратно, он снял перчатку. Девушке неожиданно стало стыдно за свои совсем неженственные руки, с обломанными ногтями и сбитыми костяшками. И хотелось одного: вырвать руку, оттолкнуть его и уйти.
Тогда почему она не двигается с места?!
И почему он, её повелитель, стоит перед ней на коленях!?
— Леди Найтуокер, я, Жерар Первый, король Эдораса, прошу вашей руки и… Эльза, выходи за меня.
Кольцо с зелёным камнем легло на палец.
Это сон…это кошмар…это наваждение… Что угодно, только неправда…
— Я не прошу скорого ответа. Понимаю, тебе надо подумать. Это неожиданно…
Что он несёт? Какую чушь? И, ко всем легионам, почему она стоит как вкопанная, молчит и ничего не делает?!
— Почему…почему именно я?..
Он удивлённо, молчит, даже не зная, что сказать. Только крепко держит её за руку. Слишком крепко. Не собираясь отпускать.
— Почему из всех на роль Вашей королевы вы выбрали именно меня?
Почему…он молчит?
— Прошу меня простить, Ваше Высочество…
Она вырывает, руку она хочет уйти… Снять, снять это кольцо…
— Эльза, — снова, снова этот холодный голос.
Она обернулась.
— Я буду ждать твоего ответа.

Глава 3. Беспокойная ночь

…Душно, невозможно дышать. Серый, едкий дым застилает глаза, ничего не видно.
Шум бушующего пламени. Привкус пепла на губах.
Запах крови. Дурманящий, отвратительный запах.
Боль. Кажется, всё её тело соткано из боли. Боль везде. Она заглушает шум, притупляет вкус, заменяет дыхание. Теперь весь её мир – это только боль. И ничего больше.
Больше ничего. Всё исчезло. Сгорело. Осталась только она и её боль.
…Если на земле есть ад, то она попала именно в него…

Эльза с криком подскочила, рывком села.
Одеяло плавно съехало с кровати на пол, в компанию к подушке. Шторы распахнутого настежь окна теребил ночной ветер. На ковёр падала серебристая тень полной луны.
«Сон…всего лишь сон…»
Тяжело дыша, Найтуокер запустила пальцы во всё ещё недлинные волосы, с силой рванула пряди на висках. Это немного помогло: дрожь, сковывающая всё тело, прошла. Если бы ещё прошёл пробравшийся в алую голову вместе с кошмаром страх…
Девушка спустила ноги с кровати. По коже тут же пробежал противный холодок: ночи в столице коварные, даже в середине лета холодные. Но Эльза терпеть не могла спать с закрытым окном. Лучше холод, чем духота, липкая, противная духота.
Встав, она подняла с пола подушку, подтянула на кровать одеяло. Спала девушка беспокойно, даже в те редкие ночи, когда ей не снились кошмары. Поправив задравшуюся рубашку – не ночную, обычную, из белого льняного полотна с длинными рукавами – девушка медленно подошла к столу. Нужды в свечах не было: льющийся свет полной луны освещал от угла до угла её небольшую комнату, по-военному просто обставленную, без изысков и каких-либо намёков на роскошь. Кровать, шкаф, письменный стол с парой стульев, большое зеркало на стене и сундук с дубовой крышкой – вот и всё убранство. Ни ковров, ни картин, ни полок. Голые стены, пол. Просто, скромно, безлико.
Лишь одна вещь выбивается из общего интерьера. Красивая, изысканная музыкальная шкатулка, тончайшей ювелирной работы. Она стоит на столе, среди исписанных и чистых листов пергамента, пары перьев, чернильницы и ножа для вскрытия конвертов.
Эльза с нежностью коснулась шкатулки, аккуратно подняла крышку.
Тихая, хрупкая, словно хрустальные колокольчики, мелодия наполнила комнату…
Девушка улыбнулась, запрыгнула на подоконник. Повернув голову к небу, к луне, она закрыла глаза, позволив музыке заполнить себя. Целиком, полностью, без остатка. Вытеснив всё остальное: боль, сомнения, тревоги, ненависть, грусть… Всё. Только музыка и луна…

…Маленькие ручки крепко, но бережно сжимали подарок, прижимая к груди.
— Тебе нравится, Эльза?
— Угу! Большое спасибо, Ваше Высочество! Я буду её беречь!
Королева улыбнулась. Нежно, заботливо погладила свою воспитанницу по алой голове.
— Я так рада…
Она счастлива. Когда видит улыбку своей госпожи.
Как бы ей хотелось, чтобы она улыбалась всегда...

Эльза открыла глаза. Рука потянулась к шкатулке, закрыла крышку.
«Вальс роз» смолк.
Это была любимая мелодия королевы Элеонор. Она часто напевала её, тихо, вполголоса, когда вышивала или пересаживала розы. Когда подолгу сидела у окна, вглядываясь в голубое небо. Когда расчесывала её волосы.
Найтуокер улыбнулась: с детства, она терпеть не может, когда кто-то прикасается к её голове. Даже случайно, даже ласково. Исключением была лишь леди Элеонора. Только она могла гладить её, заплетать алые волосы в косы, просто теребить, её нравилось это, она говорила, что волосы «её маленькой Эльзы» прекрасны…
— Тысяча легионов!!!
Она со всей силой ударила по подоконнику, до боли сжав пальцы в кулак.
Нужно успокоится, взять себя в руки, а она…она…
Удар, ещё удар…
Как же она его ненавидит! Как же она ненавидит себя!
Почему, почему она готова на кусочки разорвать, задушить собственными руками короля при одном упоминании его имени, при одной мысли о нём, но стоит её увидеть его, как руки… Руки невольно опускаются. Как сейчас…
Эльза удивлённо взглянула на левую руку. Костяшки сбиты, на ладони следы от впившихся ногтей, на подоконнике капли крови.
Помянув легиона, она соскочила с подоконника, подошла к сундуку. Пинком открыла его. На дне, среди прочих мелочей, нашлись бинты. Перевязывала и себя, и других леди первый маршал быстро, используя как свободную руку, так и зубы. Урок наложения повязок был первым, который ей преподал дедушка Роб. Тогда, шестилетней девочкой, она и представить не могла, как он пригодится ей.
Потирая ушибленную руку, она села на кровать. Опустив голову, она изо всех сила старалась думать о чём угодно лишь бы не о…
Кольцо с изумрудом тяжелило палец, сердце тяжелили слова короля.
Если бы всё оказалось только сном…
«Эльза, возьми себя в руки. Ты можешь отказаться, ты должна отказаться! Это какая-то нелепость, шутка, глупость… У Его Величества своеобразное чувство юмора… Легион, почему?! Почему весь день я только об этом и думала!? Почему…почему он сделал это!? Почему я!?»
С силой дёрнув кольцо, Найтуокер в десятый раз убедилась, что оно легло на палец намертво, и снять его можно будет только вместе с ним. Такой вариант тоже вполне возможен… Проклятье!
А ведь когда его носила госпожа, оно казалось ей очень красивым, достойным королевы. Теперь же…отвратительной побрякушкой!
Вздохнув, она посмотрела на кольцо. В темноте зелёный камень казался чёрным.
«Кольцо, достойное королевы… Фамильная реликвия старой династии…»
Как же оно неуместно! На руке, до мозолей стискивающей меч! На руке, грубость которой не прикроет никакая шёлковая перчатка! На руке, которая в крови даже не по локоть — по плечо… На руке безродной простолюдинки. На руке воина. На её руке…
«Чего ты пытаешься добиться, Жерар? Решил поиздеваться надо мной? К чему этот маскарад? К чему это всё? Кольцо, предложение… Чего ты хочешь от меня?!»
…Как легко жить на поле сражения! Там всё понятно, там всё просто, там легко… Есть враг, есть приказ, есть меч. Некогда думать, некогда сомневаться. Промедление стоит жизни.
Эльза невольно улыбнулась. Криво, грустно улыбнулась. Её первое сражение, «стычка» с племенами кочевников на южной границе королевства. Тогда она была лишь оруженосцем командира первого отряда магических войск, Пантерлили. Само сражение прошло как в тумане, быстро, не оставив в памяти ничего кроме вкуса песка на губах. Ей было двенадцать. Зато она хорошо помнила, как потом перевязывала, обрабатывала раны иксида. Он очень удивился, глядя, как быстро и ловко она это делает. Потом…грустно так улыбнулся, сказал… Как жаль, что такие руки будут убивать, а не исцелять. Нести мрак, а не свет.
Мрак…какое точное определение.
Упав на кровать, раскинув руки, она засмеялась. Она – мрак, тьма, непроглядная, без единого лучика света! Её ненавидят, боятся, презирают. И она отвечает тем же. В ней нет места жалости или состраданию. Зачем они ей? Она воин, просто слепое оружие. Ей не к чему эмоции. И пусть ненавидят, но кто-то должен…должен сжимать меч, чтобы другие могли любоваться голубым небом. Разве они, эти люди, наслаждающиеся миром, знают, какое оно… Небо над полем битвы…
Алое. Как её волосы. Как кровь её врагов.
«Эльза, выходи за меня…»
— Как странно, ты впервые назвал меня по имени, Жерар… А ты ведь лучше всех знаешь, какая я. Потому что тебе есть с кем сравнить. Тогда почему же… Или, даже зная меня, видишь лишь её? Слепо хватаешься за иллюзию? Что…почему…какой твой мотив? Расчёт, но в чём? Не понимаю, не понимаю… И это сводит меня с ума! Как же я тебя ненавижу!!! Ты так остался избалованным маленьким принцем!!! Захотел себе новую игрушку!? Не получишь!!! Я никогда не соглашусь!!! Слышишь, никогда, Жерар!!! Я никогда не буду твоей!!!
Как же глупо…
Она уткнулась в подушку, стиснула зубы. Она никогда не плачет. Даже когда одна. Даже когда больно. Нестерпимо больно…
Только два человека видели её слёзы.
Королева Элеонора, её госпожа.
И она сама, её второе я, её земная копия. Скарлет.
«…у тебя должно быть такое же сердце, которое способно любить окружающих...»
— Ты ошиблась, Скарлет. Даже если оно у меня есть, то оно давно остановилось. Умерло.
«Ты не одинока!»
— Не одинока… Даже если и так, никто не пришёл. Скарлет, никто не пришёл, чтобы спасти меня из этой тьмы. Я всегда была одна, один на один с ней. Моя главная битва была не с тобой, не с врагами королевства. Она всегда шла во мне. И я её проиграла.
«…ты жива…»
— Жива… А какой смысл жизни у сломанной куклы? И какой теперь смысл моей жизни? И…был ли он у меня когда-то? Жила ли я когда-то? Или лишь видела сон. О том, что привыкла считать жизнью… А потом появилась ты. Ворвалась в мою жизнь, перевернула её с ног на головы. Нет, не так… Ты лишь показала мне, какой она могла бы быть… Какой могла бы быть я… А я не могу быть такой как ты! И той Найтуокер, какой была, тоже!
Тишина. Звенящая тишина.
— …А он смотрит на меня и видит добрую, красивую, женственную Скарлет, тебя… И не может понять, что тебя нет. Есть только я. Верная, беспрекословно подчиняющаяся, безвольна Найтуокер. Как же…как же больно…
…Завтра же, завтра она вернёт кольцо, даже если для этого придётся отрезать собственный палец. Завтра же, она скажет ему всё! То, как сильно она его ненавидит! То, как он заблуждается! То, что она скорее спрыгнет с башни, чем станет его женой!
Пора расставить все чёрточки над письменами.
Завтра же.
А сегодня…забыться. Забыться сном. Пусть с кошмарами, пусть беспокойным, коротким, но сном. Сном…
*****
В окно светила полная луна. Красиво. Красивая луна. Красивая ночь. Красивая она…
— Знаете, Ваше Величество, я ещё никогда не пил такого дорого вина…
— Не поверите, достопочтенный помощник, но я тоже…
Чья это была идея? Немного потревожить веками нетронутые королевские погреба с самым лучшим вином столетней и больше выдержки? Наутро Симон скажет, что Его Высочества, короля. На что Жерар возразит, что это его, Кэрролла, прямая обязанность остерегать своего господина от подобного рода сумасбродных идей. Но пока ничего не мешало им пить…
-…А я её люблю… Всегда любил… Всегда… — протянул уже плохо слушающимся языком Симон. Учитывая, что на ковре валялась уже не одна пустая бутылка, это было не удивительно.
— А я знаю… — довольно произнёс монарх, пребывающий не в лучшем состоянии.
— Откуда вы, Выше Величество, извиняюсь, можете знать?! Об этом…не знает никто…
— А я знаю…мне сказал об этом мой личный осведомитель…она всё знает…
— Коко? Маленькая сплетница…собирает слухи по двору…а потом значит Вам…
— Она не сплетница…она мой тайный советник…
— У Вас пока даже обычного советника нет…
— А тайный есть…
Ещё одна пустая бутылка с грохотом полетела в дальний угол. Послышался звон разбитого стекла. В камине потрескивало пламя.
— Так Вы ей предложение сделали только из-за того…что то же мог сделать я… Да?
— Думайте, что хотите, первый помощник… Что хотите… Но её я никому не отдам! Даже вам!
— А говорили, что Вам никто не нравится… А сами…
— Верно, не нравится… Она мне не нравиться… Я её… Тебе не понять…
— Конечно же… Признайтесь…Ваше Высочество вы же того, не её… Вы любите ту, земную… А до моей Эльзы вам на самом деле дела нет!
От подобных слов Жерар протрезвел быстрее, чем от отвара криворца, считавшимся в Эдорасе лучшим средство от похмелья.
— Что ты сказал!?
— Что Вы…её не любите…Вы любите свою подружку с Земли…на которую похожа…моя Эльза…
— …Знаешь, ещё слово, — задумчиво произнёс молодой король после долгой минуты молчания, круча в пальцах бокал с чёрно-красной жидкостью, — и я поступлю с тобой в точности, как дружок Скарлет, Эльзы с Земли, с другим Симоном.
— А именно?
— Убью.
— Какой Вы страшный человек, Ваше Величество… А кто был тот дружок, Ваша копия? Тоже принц?
— Нет, преступник…
— Прекратите уже так задумчиво вертеть этот несчастный бокал и выпейте наконец!..
— Это я решу сам. Я всё буду решать сам.
— Ага, на то Вы и король… За других тоже будете решать… За всех… Кроме неё… Она Вам откажет… Она Вас ненавидит… Это все знают…
— Тебя тоже…
— Ага…и меня… Но…вот ирония…Вас она будет ненавидеть и будет верно нести службу… А меня… Не ручаюсь за свою безопасность… Вот оно, преимущество быть королём… Но стать Вашей женой она не согласится… Я достаточно её знаю…
— Плохо знаешь…
— А то Вы лучше знаете… За это время Вы с ней парой слов не обмолвились… Но…даже если и согласится…это же просто расчёт…так ведь? Так или не так!? О…а чего вы молчите, Ваша Светлость…ой, Ваше Величество… О…да Вы никак влюбились…
Он молчал. На ковёр падал серебристая тень луны. Луна, в Эдорасе она куда красивее, чем на Земле. Пожалуй, луна – единственное, по чему он там скучал. Интересно, а ты видишь её из окна своей комнаты, Эльза?..
Когда, когда он понял это? Что, вопреки всеобщему убеждению, вопреки твоему собственному мнению, это не ты напоминаешь ему Скарлет. Это Скарлет не один год напоминала ему тебя!
«Ты изменилась, Эльза. Та маленькая, пугливая девочка исчезла. Если бы вместе с ней исчезли и мои чувства… Там, на Земле, единственная, кого я знал ещё в этом мире, была ты, твоя копия. Даже в том мире…ты меня преследовала…и даже в том мире ненавидела… Забавно… Но у другого меня есть шанс. Шанс на любовь Эльзы. А вот есть ли он у меня?»
Когда он это понял? Что влюблён…влюблён в неё, в Найтуокер и никакую другую Эльзу?!
Ха, как ни банально, но тогда, когда Коко рассказала ему о тайном чувстве (о котором знал весь двор, кроме самой леди первого маршала) первого помощника к Эльзе. От одной мысли, что она, верная Найтуокер, которая всегда безмолвно рядом, может вдруг исчезнуть, можно было сойти с ума. Именно в тот момент он понял, что не хочет её терять. Не хочет её больше ни с кем делить.
Какая глупая, детская выходка… Не можешь удержать – привяжи. Даже если после такого она никогда тебя не полюбит. Даже если будет думать, что это лишь расчёт, не больше. Привяжи, и она больше не будет ничей. И твоей тоже не будет.
Жерар, ты круглый идиот.
Тут в дверь тихонько постучали, и в кабинет заглянула молодая черноволосая девушка. Узрев всё это безобразие, а именно, горы пустых бутылок, пьяного помощника и не более трезвого монарха, она в шоке хотела уже выйти, но, справившись с собой, осталась.
— О, леди Ультиа! Какая неожиданность! Что такая благородная особа делает здесь…в такой поздний час… — протянул Симон.
— Здравствуйте, кузина. Присоединяйтесь. Какого вина вам налить? – галантно предложил молодой король.
— Добрый вечер, Ваше Высочество. Не изволите объясниться, по какому поводу Вы напиваетесь? И что за звуки доносились из Вашего кабинета несколько минут назад? Вы мешаете спать mama!
— Вашей mama? Достопочтенной герцогине Ул Сагарэ? Приношу свои глубочайшие извинения, завтра же велю выделить ей покои в более спокойной части дворца. Чтобы даже выходки пьяного короля не мешали её светлости спать.
— Не смешно, Ваше Величество, — нахмурилась девушка. – Так что вы здесь вытворяли?
— Пели.
— Пели?! Не смешите меня, Ваше Величество. Вам легион на ухо наступил ещё в детстве, у Симона, насколько мне известно, тоже талантов в этой области не наблюдается. У него вообще нет талантов нигде, кроме политики.
— Не обижайте моего первого помощника, леди… Ультиа, выпьешь?
— А какой повод?
— Повод отличный, леди. Его Величество сегодня сделал предложение…
— Предложение? О чём ты, Симон? Какое?
— То самое. Руки, сердца, трона и кровати…
— Кому?!
— Выпей. И сядь… Первому маршалу…
— Найтуокер?!
Дочь герцогини залпом выпила протянутый бокал, даже не почувствовав вкуса вина.
— Предупреждать…надо… Это правда, Ваше Величество?
— Правда. А что, у моей любимой кузины есть какие-то претензии к первому маршалу?
— Не то что бы… Но она же… Ох, Жерар, о чём ты только думал?! Она же безродная простолюдинка, неизвестно как выбившаяся в командиры, а затем в маршалы… Уверена, она согласилась сразу, не задумываясь ни на секунду…
— Не угадала. Она ещё не дала ответа…
— Братец, как же с тобой сложно…
Он молчит, лишь подливает вина кузине и смотрит в окно.
Близился рассвет.
*****
Тук-тук! Тук-тук!
Тысяча легионов, кого там принесло в такую рань!?.. А ведь она уснула всего час назад…
— Госпожа Эльза! Госпожа Эльза! Откройте, пожалуйста!
— Милианна!? Что случилось?!
— Госпожа…пожалуйста откройте…там…
Подскочив с кровати, Найтуокер подошла к двери, застёгивая пуговицы схваченного на ходу длинного колета. Щёлкнула замком.
На пороге стояла маленькая рыженькая девочка, очень похожая на взъерошенного котёнка, с поварским фартуком поверх пепельного платья.
— Что случилось, Милианна?
— Госпожа…там…на кухне…
Только сейчас она заметила, что глаза у помощницы полны слёз, а руки дрожат.
— Что, что там, Милианна, говори!!!
— Господин Глотт…
— А где ещё должен быть главный повар?!
-…мёртвый…
*****
Двое шли по одному из множественных коридоров дворца.
— Это плохо. Mama будет недовольна. И только не говори, что эту идею подкинул ему ты?!
— Хм, и не скажу… Я думал, что сумею его убедить, что нет партии лучше, чем кузина Сагарэ…
— Дурень. Самый настоящий дурень. Теперь сам отчитывайся перед mama, я тебя выгораживать не буду, Симон.
— Успокойся, Ультиа. Она никогда не согласится. Она же его…
— Ненавидит? И что? Брак не по любви – это меньшее, на что идут люди ради власти. А королева – это не герцогиня обедневшей провинции…
— Не равняй себя с ней. Не все женщины такие…
— О боже, как трогательно!.. И когда ты уже прекратишь обманываться, Кэрролл? Ты ей не нужен…
— Заткнись…
— Хм… В любом случае, Найтуокер не должна стоять у нас на пути. Избавься от неё.
— В каком смысле, избавится?!
— В любом!!! Влюби в себя, перемани на нашу сторону, отрави, арестуй, убей, обмани, отправь куда-нибудь – не важно, но сделай так, чтобы она не путалась у нас под ногами. Понял меня?
— Да…
— И ещё…постарайся сделать так, чтобы она отказала королю.
— Уж поверь, я сделаю всё, чтобы так оно и было.


@темы: миди, гет, ЭдоНацу, ЭдоЛюси, Мистган/ЭдоЭльза, R, Fairy Tail

Комментарии
2013-08-20 в 00:11 

А 4 части нету или есть?А то я не знаю.Фаннфик крутой!!!Мне понравилось

URL
   

Fairy Tail FanFiction

главная